Rambler

Главный фигурант дела Голунова выступил с заявлением

by

Басманный суд столицы арестовал пятерых бывших сотрудников Управления МВД по Западному округу столицы по громкому делу о подбросе наркотиков журналисту «Медузы» Ивану Голунову. Большинство из них не признали вину, а главный фигурант — предполагаемый организатор преступной группы Игорь Ляховец выступил с громкими заявлениями. Он назвал дело политическим и утверждал, что после задержания на него было оказано давление.

Голунов потребовал извинений от государства

По словам фигуранта, сотрудники Управления собственной безопасности МВД пообещали «создать ему особые условия содержания». При этом бывший страж порядка продолжал настаивать на том, что у полицейских якобы имелись доказательства виновности Голунова в хранении наркотиков.

Избрание меры пресечения бывшим полицейским — Денису Коновалову, Акбару Сергалиева, Роману Феофанову, Максиму Уметбаеву, а также бывшему начальнику отделения, замначальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УМВД по ЗАО Игорю Ляховцу — вызвало настоящее столпотворение в суде. Накануне всем пятерым предъявили обвинения в превышении должностных полномочий, фальсификации результатов оперативно-разыскной деятельности, а также в незаконным приобретении, хранении и перевозке наркотических средств (п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 303, ч. 2 ст. 228 УК РФ). Материалы достались трем разным судьям.

ОПГ наркополицейских

На первом и втором этажах практически синхронно прошли заседания, на которых вначале заслушали ходатайство СКР об аресте оперативников Дениса Коновалова и Романа Феофанова. Последний так и не снял с головы капюшон куртки, а нижнюю часть лица скрыл с помощью черного шарфа. Оглашенные в суде материалы гласили, что Феофанов вместе с тремя другими оперативниками Коноваловым, Сергалиевым и Уметбаевым входили в преступную группу под руководством полковника Игоря Ляховца. (Его шеф — Андрей Щиров пока остался в деле в статусе свидетеля — Business FM). Для того чтобы незаконно привлечь журналиста «Медузы» Ивана Голунова к уголовной ответственности, они сфальсифицировали материалы оперативно-розыскной деятельности. «Не позднее 6 июня 2019 года они приобрели наркотические средства, которые на следующий день подложили Голунову в его рюкзак и в квартиру», — заявил следователь. В результате, сказал он, на основании данных ОРД было незаконно возбуждено уголовное дело в отношении Голунова, которое позже прекратили. О том где и у кого правоохранители приобрели наркотик и в чем заключалась роль каждого так и не прозвучало.

В обоснование ареста фигурантов представители СК приводили стандартные доводы о том, что обвиняемые могут скрыться и помещать расследованию, давить на потерпевшего или свидетелей, поскольку имеют навыки оперативно-розыскной работы и осведомлены о методах расследования. Защита, в свою очередь утверждала, что данные аугменты голосованы.

Так, Александр Шабуров заявил, что его «удивило» уголовное дело, так как проведение ОРМ в квартире Голунова было санкционирован на самом высоком уровне. Об этом, по словам адвоката, он узнал в ходе другого, «засекреченного» дела о восстановлении Феофанова на работе. (В итоге Мосгорсуд отказал Феофанову и двум его коллегам -Business FM). Из этого дела следовало, что Мосгорсуд 30 мая выдал санкцию на проведение оперативно-розыскных мероприятий в квартире Голунова на основании постановления начальника УВД по ЗАО, генерала Андрея Пучкова.

Безупречная характеристика

Адвокат назвал доводы следствия голословными, отметив, что к моменту формирования «ОПГ» его подзащитный (ранее Феофанов служил во вневедомственной охране) был слишком малоопытен и успел отслужить в Наркоконтроле только два месяца, и вряд ли Игорь Ляховец мог принять в свою «преступную группу» такого «неопытного сотрудника». Впрочем, в озвученной на заседании служебной характеристике качества 27-летнего Феофанова сильно превозносились. Он назывался дисциплинированным и грамотным работником, который обладает хорошей эрудицией и «принципиальностью» и трудился, «не считаясь с личным временим».

Александр Шабуров предложил отправить его подзащитного под домашний арест в Москве квартире матери или освободить под залог в полмиллиона рублей. Сам Феофанов против ареста возражал, сказав, что «ни в чем не виноват». «За восемь месяцев расследования, которое велось в отношении него и его коллег, я мог спокойно скрыться, убежать. Я жил по месту жительства, не уезжал и не переезжал», — сказал он.

У Коновалова жилья в Москве не оказалось, он был прописан в Муроме, где имеет в собственности полдома. В столице он проживал в служебном общежитии. Однако жилье для домашнего ареста в Москве готова была предоставить для него некая женщина, по всей видимости родственница. Защитник Коновалова Юрий Чередник сделал акцент на том, что на иждивении у его клиента находятся неработающая жена и двое сыновей, один из которых является ребенком с ограниченными возможностями и нуждается в уходе. Он Конвалов, в отличие от Феофанова, лицо от камер не прятал. Он также заверил, что не будет скрываться. Его защитник позже заявил Business FM, что фигурант отрицает вину.

Впрочем, в пользу ареста высказались представители прокуратуры и потерпевшего, которым признан журналист. В итоге суд санкционировал арест обоих оперативников до 29 марта.

Громкие слова

Ходатайство об аресте основного фигуранта дела — бывшего замначальника отдела и одновременно начальника отделения УМВД по борьбе с незаконным оборотом наркотиков по Западному округу, полковника Игоря Ляховца судья Евгения Николаева начала слушать в половине пятого вечера. Для тех, кому не хватило мест, в коридоре организовали телетрансляцию.

Слушание выдалось запоминающимся. 37-летний обвиняемый, уволенный со службы как и его подчиненные летом 2019 года, назвался индивидуальным предпринимателем. Он не стеснялся в выражениях, впрочем, как и его адвокат. Как и в предыдущих случаях в обоснование просьбы об аресте следователь приобщил рапорт Управления собственной безопасности МВД. Он, в частности, гласил, что, находясь на свободе, Ляховец, обладающий «обширными связами в органах власти и правоохранительных органах» может скрыться «как на территории РФ так и за ее пределами».

«У Ляховца есть тесть другие заботы — у него на иждивении супруга, несовершеннолетний ребенок и больные родители. Ему есть чем заняться, кроме противодействия следствию», — такой аргумент привел его адвокат Алексей Коврижкин

Заявив о многолетней безупречной службе в МВД и ФСКН защитник приобщил к делу многочисленные благодарности и грамоты Ляховца, в частности, от замминистра МВД, генерал-полковника Михаила Ванечкина. Также полковник оказался награжден медаль за отличие в службе Госнаркоконтроля.

Опечаленный адвокат

В довольно цветистых выражениях защитник попытался убедить суд в невиновности своего клиента и предлагал избрать ему меру пресечения не связанную с содержанием под стражей: домашний арест в съемной квартире в поселке Заречье Одинцовского района Подмосковья (полицейский оказался из Краснодара) или отпустить под залог в полмиллиона рублей.

«Мне печально видеть, что происходит в нашей стране. Сначала в угоду каким-то политическим амбициям и попытке загладить общественный резонанс в нашем обществе отпускают человека, не разобравшись виновен он или не виновен, — бросил адвокат камень в огород потерпевшего. — Потом в угоду каким-то политическим соображениям тащат пять человек под сражу, формируют какое-то нелепое уголовное дело с таким же нелепым обвинением!».

Ему вторил задержанный, назвавший задержание «актом возмездия». Ляховец сообщил, что страдает заболеванием головного мозга и тромбозом. Обвинение в свой адрес он назвал «надуманными словами», которые якобы «не подкреплены „ни малейшими данными“ помимо показаний Голунова. „Мне уже сообщили вчера, что для меня будет созданы особые условия содержания, чтобы память лучше восстанавливалась“, — посетовал задержанный на давление со стороны сотрудников УСБ МВД в присутствии следователя. Они же, по словам фигуранта, уговаривали его дать нужные показания, после которых его могли бы поместить под домашний арест. Однако, как заявил Ляховец, он отказался „дискредитировать“ себя и своих бывших сотрудников.

При этом он добавил, что вообще на момент совершения преступления не был при исполнении и находился в отпуске. „Я не мог отдавать противоправных или не противоправных команд“, — заявил полковник, признавшись, что давал подчиненным советы по телефону, так как у них был „малый опыт службы“.

»Все прекрасно понимают, что ситуация политическая, Всем известно по каким причинам. И то, что отпустили Голунова, это не его заслуга, достаточно доказательств», — уверял задержанный. Однако суд ему не поверил и заключил в СИЗО до 29 марта.

Частично признавший вину

По похожему сценарию прошел арест оперативников Максима Уметбаева и Акбара Сергалиева, которые также были согласны на домашний арест, но оказались под стражей до конца марта. В отличие от других фигурантов Уметбаев частично признал вину — в применения физической силы к Голунову. Он сообщил, что «готов сотрудничать со следствием». Его адвокат заявил, что Уметбаев якобы нанес репортеру пощечину. Сам Голунов в интервью Ксении Собчак ранее заявлял, что оперативник дважды ударил его при задержании в висок.

Журналист интернет-издания «Медуза» Иван Голунов был задержан 6 июня, ему предъявили обвинение в покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере (ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК). При личном досмотре в его рюкзаке были обнаружены два свертка с наркотическим веществом — производным N-метилэфедрона массой 3,56 грамма и еще два свертка с кокаином. Дома у журналиста, на съемной квартире на Вешняковской улице, нашли еще 5,42 грамма кокаина, а также весы, заявили в МВД. Никулинский суд Москвы 8 июня отправил его под домашний арест. Голунов связывал уголовное дело с профессиональной деятельностью, в частностью, с журналистскими расследованиями о похоронном бизнесе. Скандальная история привела к акциям протеста, а также увольнению главы управления по борьбе с наркотиками ГУМВД по Москве Юрия Девяткина и начальника УВД по ЗАО, генерала Андрея Пучкова.

11 июня по результатам экспертиз, которые не нашли у репортера следов наркотиков, обвинения с него сняли и освободили. Дело передали в Следственный комитет. Лишь спустя много месяцев, 19 декабря, после заявления Владимира Путина на пресс-конференции стало известно о возбуждении дела против полицейских. Срок следствия по нему продлен до 7 июня.